Тренды и прогнозы: что изменило российский рынок труда в 2018 году?

Аватар пользователя unity
Ключевая тенденция, которая задавала тон рынку труда в уходящем 2018 году – стагнация.

По наблюдениям экспертов кадровой компании Юнити, развитие ощутимо замедлилось: если в 2017 году кадровый рынок вырос в среднем на 15-20 %, то в этом году рост едва ли составит больше 10 %. Впрочем, падения рынка не произошло и, судя по настроениям работодателей, не ожидается и в 2019 году.

Тренды: от дефицита кадров к отказу от экспатов

Среди трендов, которые оказали наиболее существенное влияние на рынок труда в 2018 году, эксперты Юнити выделяют обостряющийся дефицит кадров на фоне сохранения уровня безработицы, замедлившуюся автоматизацию производственных процессов и рост популярности удаленной занятости.

  • Кадровый голод в 2018 году усилился в среднем на 1,5-2 % - то есть, как отмечают в Юнити, соразмерно развитию экономики и не так серьезно, как этого опасались. Однако это – главная боль нашего рынка: согласно опросу лидеров российского бизнес-сообщества, нехватка квалифицированных кадров входит в тройку наиболее ощутимых проблем. «Главная сложность для бизнеса – кардинально изменившийся рынок трудовых ресурсов. Рабочая профессия стала, к сожалению, непопулярной. Мы, конечно, привлекаем людей из различных российских регионов и стран СНГ, в том числе на временной основе, но это увеличивает наши издержки, объем администрирования. К тому же в такой модели отношений прерывается линия опыта, снижается производительность труда», - приводит пример Раиса Демина, председатель совета директоров группы компаний «Велком».

Сильнее всего кадровый голод отразился на отраслях, где наблюдается физическая нехватка специалистов (например, ИТ, инженерия), а также там, где велик разрыв между запросами работодателя и квалификацией большинства соискателей (sales-менеджеры, специалисты фармацевтических производств, рабочий персонал).

«Дефицит кадров сопровождается двумя процессами. Первый – это скудность производственного процесса, в котором задействован человек: бизнес мог бы быть гораздо эффективнее, если бы реальный профессиональный уровень сотрудников соответствовал заявленным требованиям. Второй – это безработица, причина которой кроется отнюдь не в недостатке вакансий. Вакансии на российском рынке труда есть, причем столько, что мы вынуждены опираться на рабочую силу из ближнего зарубежья. Безработица в России порождена несоответствием требований и условий работодателей запросам соискателей (к слову, тоже не всегда объективным) – часто компания не готова предложить сотруднику ту зарплату, на которую он рассчитывает при заявленном количестве обязанностей. Поэтому и в 2019 году безработица, скорее всего, сохранится на текущем уровне», - говорит Феликс Кугел.

  • Автоматизация производственных и бизнес- процессов, на которую несколько лет назад в стране возлагали очень большие надежды, замедлилась, хоть и продолжает влиять на рынок труда. В 2018 году на десять тысяч рабочих в России приходилось в среднем три робота, а в Европе – 106, и вряд ли в 2019 году мы заметно приблизимся к западным соседям.

С одной стороны, в Юнити отмечают возросший спрос на специалистов по автоматизации производства и бизнес-процессов – ведь именно это позволяет бизнесу выходить на новый виток развития. С другой стороны, для многих компаний в современных условиях вкладывать деньги в автоматизацию стало слишком дорого.

«Главные двигатели автоматизации – это либо удешевление стоимости, либо увеличение продуктивности бизнеса. Но я не предполагаю, что в 2019 году уровень автоматизации покажет яркую динамику, потому что для этого в России нет главного мотиватора – им выступает дорогая рабочая сила», - поясняет Феликс Кугел.

В то же время, есть примеры, когда автоматизация внедряется успешно - и это приводит к сокращению персонала и даже к исчезновению ряда профессий. Так, в этом году на крупном кондитерском производстве в Москве после внедрения автоматизированных линий в четыре раза сократили штат сотрудников: вместо 80 человек там сейчас работают всего 20. Еще один пример – Сбербанк, где, по словам Германа Грефа, после внедрения искусственного интеллекта было сокращено около 70 % менеджеров среднего звена. За девять месяцев 2018 года численность сотрудников группы Сбербанка, по данным отчетности Сбербанка по МСФО, сократилась на 14 тысяч, или на 4,6 %.

  • Удаленная занятость в 2018 году стала набирать популярность: до 90 % работодателей, как отмечает управляющий директор ЮНИТИ Феликс Кугел, хотели бы использовать такой формат, так как он позволяет сократить издержки на 15-20 %. Сотрудники, постоянно работающие на home office в штате компании, сегодня составляют около 5%. В ближайшие два года их доля может вырасти в два раза.

Квадратный метр офиса в Москве в среднем обходится бизнесу в 32 735 рублей за год – таким образом, если сотрудник будет работать из дома, экономия только на нем составит около 130 000 рублей в год. И это – не считая стоимости мебели, инфраструктуры, износа и прочих сопутствующих трат. Также формат home office позволяет нанять уникального специалиста из другого города без компенсации затрат на переезд и за зарплату, актуальную для его региона (чем уже сегодня активно пользуются ИТ-компании). Кстати, различные опросы показывают, что сегодня почти каждый второй россиянин имеет возможность работать дистанционно.

Также эксперты Юнити выделяют два мини-тренда, которые обозначились в 2018 году и могут получить интенсивное развитие в 2019 году: это отказ от экспатов в пользу русских специалистов с зарубежным опытом, а также все возрастающая популярность государственной службы у молодых соискателей.

Прогнозы, надежды

«Главное – мы не ожидаем падения рынка, - так звучит ключевой прогноз Феликса Кугела на 2019 год. - Но будет ли он расти? Вероятнее всего, нет. Сейчас Россия переходит от внутренне-внешней к внутренней обеспечительной системе. Таким образом, существенно вырастает зависимость экономики от доходов населения, так как именно они определяют покупательскую способность и размер потребительской корзины. Будет спрос на товары – будет и развитие производства – будут и новые рабочие места».

В частности, по словам Феликса Кугела, можно ожидать, что интенсивное развитие, помимо сфер IT, производства и продаж, получит отрасль жилищного строительства, сервисная индустрия, а также сфера FMCG.

Среди событий, которые могут существо изменить конъюнктуру рынка трудовых отношений, в Юнити называют возможную диверсификацию военного производства – именно этому вопросу было посвящено одно из последних совещаний президента страны с руководством Министерства обороны и предприятий ОПК.

«Я это называю «Конверсия 2.0». Потому что первая конверсия уже была: компании, которые делали ракетные двигатели, стали выпускать кастрюли и чайники. Но в этот раз речь идет о высокотехнологичном гражданском оборудовании, что внушает определенные надежды. Если правительство простимулирует переход ОПК на производство мирных изделий, это станет мощным толчком для развития рынка труда. Если этого не произойдет и не появятся иные глобальные проекты, например, связанные с разведыванием новых месторождений нефти и газа, то, скорее всего, стагнация на рынке труда сохранится несмотря на накопленный спрос на развитие», - прогнозирует Рустам Барноходжаев.

Рубрика: 
Ключевые слова: