Действительно ли требование вернуться в офис — это скрытая тактика, заставляющая сотрудников увольняться? Я всё чаще слышу это предположение с тех пор, как в 2022 году компании начали активно возвращать персонал на рабочие места. Долгое время я не воспринимал эту теорию всерьёз: она казалась мне слишком циничной. К тому же, с точки зрения бизнеса, это нелогично. Зачем стабильной компании рисковать массовым уходом людей ради экономии на выходных пособиях?
Всё изменилось после решения Amazon отказаться от гибридного формата осенью прошлого года. Когда сотрудники выразили недовольство, один из топ-менеджеров дал понять: «На рынке есть и другие компании». Затем последовали заявления Илона Маска и Вивека Рамасвами о том, что требование для федеральных служащих работать из офиса вызовет «волну добровольных увольнений, которые мы приветствуем». В прошлом месяце Intel обязала сотрудников посещать офис четыре дня в неделю и предупредила о грядущем сокращении штата. К этому списку присоединились IBM и Dell, которые практически одновременно ужесточили требования к посещаемости и начали сокращать рабочие места. В прошлом году BambooHR провела опрос среди вице-президентов и топ-менеджеров: 25% из них признались, что надеются на текучку кадров из-за обязательного возвращения в офис. Похоже, циники оказались правы: для многих работодателей требование вернуться в офис стало неофициальным способом сокращения штата.
Компании не ошибаются, полагая, что офис заставит часть сотрудников уйти. За годы освещения «войны» за возвращение в офис я понял главное: людям действительно нравится работать из дома. Настолько, что в среднем они оценивают это как преимущество, эквивалентное 8% их зарплаты, а в технологическом секторе эта цифра достигает 25%. Если у бизнеса проблемы или нужно перераспределить ресурсы между отделами, спровоцировать текучку — вполне рабочая стратегия, особенно в период экономической неопределённости, когда люди держатся за свои места. Заставляя сотрудников уходить по собственному желанию, работодатели экономят на зарплатах, не выплачивая выходные пособия и страховку. Это увольнения с минимальными затратами.
Принудительное возвращение в офис — это не только вопрос экономии. Руководители хотят вернуть «доковидные» времена, когда все были на виду, даже если это грозит потерей ценных специалистов. Они уверены, что под присмотром менеджеров люди работают продуктивнее. Считают, что командам проще общаться при личных встречах. Полагают, что новички быстрее учатся, слушая наставников, а сотрудники из разных отделов случайно пересекаются у кулера и генерируют новые идеи. Чем больше таких взаимодействий, тем лучше. Они надеются, что даже противники офиса вскоре поймут, что это лучший формат, и откажутся от удалёнки. «Всё будет выглядеть так, как раньше», — объяснил гендиректор JPMorgan Джейми Даймон, — «и все будут этим довольны».
Таким образом, компании видят и финансовую, и культурную выгоду в отказе от гибридного формата. Они делают ставку на то, что на текущем рынке труда большинство сотрудников не смогут позволить себе отказаться от работы из-за требования сидеть в офисе. Безусловно, кто-то будет жаловаться на потерю привычного уклада жизни. И кто-то уволится. Но в условиях необходимости сокращений это может оказаться даже на руку. Когда нужно уменьшить штат на 20%, каждый ушедший «по собственному» — это минус один человек из плана сокращений.
Учитывая ситуацию на рынке труда, их расчёт может сработать. Но я считаю, что работодатели недооценивают риски обязательного возвращения в офис. Во-первых, провоцируя увольнения, компания теряет контроль над тем, сколько людей уйдёт. Есть риск перевыполнить план: когда Grindr отменила удалёнку в 2023 году, компанию покинуло почти 50% штата. Такой исход маловероятен сейчас, но он показывает риски «офисного шантажа». Требование вернуться в офис означает, что вы потеряете часть своих лучших сотрудников. Что ещё важнее, компания не контролирует, кто именно решит уйти. Исследователи, изучавшие этот процесс в Apple, Microsoft и SpaceX, выяснили, что уходят чаще сотрудники на высоких должностях. В более широком исследовании компаний из индекса S&P 500 также подтвердили: работодатели теряют самых квалифицированных. «Вы получите отрицательный отбор», — говорит Ник Блум, экономист из Стэнфордского университета, изучающий удалённую работу. — «Уходят те, кто может получить предложение от другой компании, то есть лучшие сотрудники». Да, нестабильный рынок не позволит большинству сменить работу. Но лучшие из лучших всегда востребованы. Это особенно критично сейчас для специалистов по искусственному интеллекту — тех, кого компаниям меньше всего хотелось бы терять в «войне» за ИИ.
Некоторые работодатели обходят проблему утечки мозгов, негласно освобождая ключевых сотрудников от обязательного присутствия. Иногда эти исключения официальные и касаются целых команд, работающих над приоритетными проектами, или отдельных ценных специалистов, которых боятся потерять конкуренты. Но чаще исключения неофициальные: например, менеджер среднего звена закрывает глаза на то, что высокопроизводительные сотрудники не приходят каждый день. В любом случае такие поблажки создают чувство несправедливости, что вызывает обиду у остальных. В одном исследовании выяснили, что после обязательного возвращения в офис уровень удовлетворённости работой резко упал, а недовольные сотрудники стали менее продуктивными. Компании могут думать, что общий офис повысит сплочённость и креативность, но данные говорят об обратном.
Компании, придерживающиеся принципа «приходи или уходи», рискуют получить худшее из двух миров. Они теряют лучших сотрудников, сохраняя посредственных и низкопроизводительных, чья эффективность в условиях офиса, скорее всего, упадёт ещё ниже.
Предположим, гендиректора, внедряющие обязательный офис, осознают эти риски. Почему бы тогда просто не уволить людей, как раньше, вместо того чтобы заставлять их уходить? Выбирая, кого сократить, можно сохранить лучших и избавиться от неэффективных. Именно так поступают Microsoft и Meta: они целенаправленно увольняют тех, кого считают низкопроизводительными, чтобы высвободить бюджет для найма инженеров по ИИ.
Но и у прямых увольнений есть обратная сторона. Исследования показывают, что они создают атмосферу страха, которая бьёт по продуктивности и эффективности оставшихся — возможно, так же сильно, как и принудительный офис. При сокращении штата работодатели в любом случае платят свою цену. Вопрос лишь в том, как лучше смягчить негативные последствия в текущих реалиях.
За последние пять лет экономисты, организационные психологи и специалисты по управлению детально изучили удалённую работу. Их вывод однозначен: гибридный формат эффективен по всем показателям. Он повышает вовлечённость, поддерживает производительность и укрепляет лояльность лучших сотрудников. Поэтому один из способов для компаний, которым нужно сократить штат, — сделать то, чего не делают другие. Ограничив посещение офиса, например, тремя днями в неделю, можно удержать больше «звёзд», чем у конкурентов, сохранив при этом плюсы личного взаимодействия. Да, возможно, в краткосрочной перспективе придётся уволить чуть больше людей. Но когда экономика восстановится — а это неизбежно — такие компании окажутся в лучшем положении для роста. Отказываясь от общепринятых норм, бизнес может выделиться. А на конкурентном рынке это именно то, что нужно.
Аки Ито — главный корреспондент Business Insider.
Материалы «Discourse» в Business Insider предлагают взгляд на самые актуальные вопросы, основанный на анализе, репортажах и экспертных оценках.
- Businessinsider.com
Поделиться
