Экономика знаний

В условиях постиндустриального обще­ства управление знаниями относитсяк ключевым вопросам поддержания конкурентоспособности компаний. Безу­словно,наша экономика базируется в ос­новном на эксплуатации не трудовых, а при­родныхресурсов, и наши менеджеры еще далеки оттого, чтобы признать: самая глав­наяценность компании - специалисты, ко­торые в ней работают. Говорить-то,конеч­но, они иногда об этом говорят, а вот на практике обычно действуютровным счетом наоборот. Тем не менее и у нас постепенно происходит осознаниетого факта, что зна­ние - сила. Специально для тех, кто пони­мает этуаксиому, журнал «Эксперт С-3» и факультет менеджмента СПбГУ пригласи­лив Санкт- Петербург двух ведущих специа­листов в области стратегическогоуправле­ния и управления инновациями Дэвида Дж. Тиса и Генри У. Чезборо.Интервью с Чез-боро мы предлагаем вниманию наших чита­телей.

—Основные тенденции в мировой экономи­ ке — какие из них с точки зрения влияния на развитие бизнеса вы могли бы выделить ? Как они отражаются па системе управления ком­паниями?

—Очень серьезный вопрос. Первая из тен­денций, которую я бы обозначил, — глобализация знаний. Результаты исследовательских и научных работ быстро становятся достоянием мировой экономики. И это ощущается но всех секторах. Давайте, я приведу небольшой пример. Некая американская компания имеет особый вэб-сайт, на котором обсуждаются проблемы, связанные с химией и биологией. По сути, небольшая компания создала глобальное сообщество специалистов - фармацевтов, химиков, биологов. Примерно 35 тысяч экспертов со всего мира заходят на этот сайт. И если специалисты могут предложить какое-то решение пообсуждаемой в данный момент проблеме, то они прямо в сети в режиме реального времени сообщают о нем остальным участникам.

Из этих 35 тысяч, которые общаются че­рез чат, больше всего экспертов представля­ют США. На нтором месте — Великобрита­ния. Третье, четвертое и пятое места занима­ют, соответственно, Китай, Россия и Индия. Люди из разных стран предлагают решения проблем, стоящих перед американскими компаниями.

Вторая тенденция — увеличение объемов международной торговли. При этом доля ус­луг на международном рынке постоянно воз­растает. В общем объеме услуг, в свою оче­редь, растет роль передачи знаний. И надо сказать, что такое развитие событий приво­дит к определенной напряженности во вза­имоотношениях между странами. Например, в Соединенных Штатах сейчас вызывает до­вольно серьезную озабоченность распро­странение такого явления, как аутсорсинг. Услуги, которые ранее предоставлялись аме­риканскими компаниями, теперь оказыва­ют их коллеги из Индии или Китая. Это бес­покоит американцев, поскольку вместе с ус­лугами уходят и рабочие места.

Между тем аутсорсингом занимаются ком­пании, штаб-квартиры которых находятся в США. Они стремятся получить наибольшую прибыль для своих акционеров. Я лично счи­таю, что такой подход будет способствовать началу следующего цикла экономического роста в глобальном масштабе. Правда, для это­го потребуются новые бизнес-модели, новые конфигурации взаимоотношений между ор­ганизациями, повлеченными в этот процесс. Компании, используя аутсорсинг, обеспечат прирост экономического благосостояния. В результате даже в Соединенных Штатах коли­чество рабочих мест все равно возрастет.

—Известно, что до недавнего времени од­ним из конкурентных преимуществ было на­личие у компании определенных, только ей присущих знаний. Б условиях, когда знания свободно покупаются и продаются на рынке, что, по вашему мнению, станет основным конку­рентным преимуществом ?

—Я думаю, что знания по-прежнему будут оставаться источником конкурентных пре­имуществ. Но не знания вообще, а конкрет­ная категория. Знания, которые квалифици­рованы или стандартизованы, действитель­но будут свободно обращаться на рынке и перестанут быть источником конкурентных преимуществ. Но существует и другая кате­гория знаний - их не так легко передавать.
Такая информация, действительно специ­фическая, доступная для отдельных органи­заций, и будет создавать основу конкурент­ных преимуществ будущего. Называют это по-разному, иногда ноу-хау, иногда неявны­ми знаниями (то есть это знания, которые трудно описать, увидеть и передать).

В то же время есть коммерческие тайны, и они в основном существуют в отраслях, в значительной степени зависящих от техно­логических процессов. Такие знания также будут оставаться источником конкурентно­го преимущества. Мой коллега Дэвид Тис на­писал одну из самых, наверное, значитель­ных работ, где как раз и обсуждает проблему конкурентных преимуществ новой эконо­мики, основанной на знаниях.

— Вас считают экспертом в области упра­вления инновациями. У нас в России и, насколь­ко я понимаю, на Западе, есть разные мне­ния относительно того, что же является ин­новацией. Какое определение, на ваш взгляд, наиболее точно характеризует этот термин?

-Действительно, термин «инновация» ис­пользуется очень широко, для обозначения широкого круга различных явлений. И ко­нечно, перед тем как начать о чем-то рассуж­дать, всегда очень важно уточнить определе­ние. Наверное, надо прежде всего провести различие между изобретениями и иннова­циями. Изобретение — это открытие какого-то нового явления, принципа; создание но­вого знания, ранее не существовавшего. А инновация - коммерческое применение от­крытия или изобретения. Изобретение мо­жет произойти в лаборатории,а инновация должна реализоваться только на рынке, во взаимодействии покупателей и продавцов.

Инновация должна удовлетворять какую-то потребность, и отличие от открытия или изо­бретения, которые могут и не учитывать ни­чьих потребностей.

— Значит ли это, что к инновациям нельзя

относить некую новую маркетинговую идею или бизнес-идею?

—В своих исследовательских работах я пытаюсь показать, каким образом одна и та же
технология может реализоваться в рамках
различных бизнес моделей. И если даже технология никак не меняется, то именно бизнес модель, используемая для выведения
этой технологии на рынок, определяет в значительной степени ее рыночный успех. Та­
Ким образом, инновация может существовать в форме какой-то новой бизнесидеи и сфере маркетинга, обслуживания или в софере финансирования. Ноэта идея обязательно должна пройти проверку рынком. Так что, я думаю,самая существенная особенность термина «инновация» — это именно практическоеприменение новой идеи в условиях рынка. Инновацию нельзя еализовать влаборатории, для этого нужен рынок.

—Насколько идея перехода бизнеса от за крытой модели полученияинновации к открытой модели подходит для России и других раз­вивающихсяэкономик, где практически от сутствует рынок знаний ?

—Хороший вопрос. Я считаю, для того чтобы экономика, основанная на знаниях,
заработала эффективно, необходимы определенные институциональные условия. Естественно, в развивающихся странах таких
условий нет или недостаточно, Но чтобы
сделать шаг вперед, необходимо направить
экономическую политику на те цели и зада­чи, к которым сейчас стремятся развитые
страны. То есть нужно попасть не туда, где
экономика развитых стран была вчера, а сразу туда, где она окажется завтра.

Я думаю, что в России одним из главных активов, который позволит создать эконо­мику, основанную на знаниях, является уро­вень подготовки кадров. Причем это касается не только школь­ного образования, но и высшего. Из­вестно, насколько успешно в россий­ских университетах обучают различных специалистов. То есть вам не надо на­чинать с нуля, а про­сто необходимо рас­ширять существую­щую базу знаний. Нужно делать постоянные инвестиции в человеческий капитал, чтобы большая часть экономической деятельности была связана именно со знаниями, а не с фи­зическими активами.

Здесь хорошим примером является Ки­тай и технологическая сфера экономики этой страны. Исторически Китай развивал­ся так, что главенствующую роль в его эко­номике играли очень крупные государ­ственные предприятия. Сейчас государство стремится переместить центр экономиче­ской деятельности из этих очень крупных и неповоротливых организаций в небольшие фирмы, которым более свойственен дух предпринимательства. Я думаю, что имен­но эти небольшие компании, создаваемые в технологической сфере, будут проводни­ками инноваций в китайскую экономику.

— При закрытой модели получении инновационных идей большое значение имели всевоз­можные лаборатории крупных корпораций. В России были ведомственные научно-исследовательские институты. Но при переходе к открытой модели преемственность знании (то, что у нас назывании научной школой) за­трудняется. Как должна решаться эта про­блема?

— Я думаю, что необходимо обеспечить большую ориентированностькрупных, цен тральных лабораторий, отраслевых институ­тов на работу свнешними заказчиками, что бы знания могли выходить за пределы этих организаций,свободно циркулировать в об­ществе, в экономике. Надо ускорить обмен ициркуляцию знаний. Это первая задача на сегодня.

Следующее, на что следует обратить вни­мание, это разделение труда в сфере упра­вления инновациями. Надо сказать, что но­вые знания, касающиеся отдельных компо­нентов, узких проблем, могут появляться и в рамках старых исследовательских про­грамм. Важнейшая задача состоит в том, что­бы обеспечить интеграцию отдельных кусоч­ков знаний в системные решения, в какие-то конфигурации, которые могли бы ока­заться полезными рынку.

Когда отдельные элементы знаний широ­ко распространены в экономике, то растут возможности для их системного использо­вания. И здесь компании, которые будут предлагать услуги в области интеграции зна­ний и по выработке системных решений, мо­гут извлечь значительную выгоду.

— Но вы сами сказали, что есть знания, которые очень сложно передать без тесного и постоянного общения, и не всегда это возмож­но сделать в рамках малых форм организации.

— Во-первых, не­обходимо создать ин­ституциональные ус­ловия для того, чтобы обеспечить передачу знаний из универси­тетской, вузовской среды в промышленность и экономику. Например, нужны условия для того, чтобы предприятия могли пользоваться по лицен­зии идеями и технологиями, разработанны­ми в университетах. Во-вторых, надо обес­печить более тесное общение между профес­сорско-преподавательским, исследователь­ским составом университетов и сотрудника­ми конкретных компаний, чтобы научные работники имели более реальное предста­вление о проблемах, которые стоят перед промышленностью, а практики имели до­ступ к научным знаниям. Кроме того, малые предприятия не должны стремиться быть экспертами во всем, они могут выбрать ка­кую-то довольно узкую область, в которой у них будут конкурентоспособные наработки. И конечно, эти малые компании должны плотно взаимодействовать с университета­ми и исследовательскими подразделениями крупных предприятий, внося вклад в общее дело своими знаниями из той сферы, где они действительно являются высококлассными специалистами.

—На ваш взгляд, следует ли нам создавать
свою особую инновационную модель или ориентироваться ни американский опыт ?

—Лучше всего - найти российскую модель. Но, наверное, при ее создании могут
пригодиться компоненты моделей, наработанных в других странах. Например, очень
интересен опыт Японии, где совсем недавно прошла институциональная реформа
университетов. Начиная с апреля этого года ведущие университеты страны приватизированы. Они перестали быть государственными структурами. Это теперь частные оргонизации, которые по-прежнему

получают определенное финансирование от государства, но не подчинены ему адми­нистративно. Развивается новая модель управления этими учебными заведениями. Возможно, это было сделано для того, что­бы университетская система стала более восприимчивой к тем задачам, о которых мы говорим.

— Вы уже упоминали такое понятие, как аутсорсинг. В России в силуслабой развито­сти большинства рынков, в том числе рынка знаний, практикапередачи части работ на сторону не очень распространена.

- Действительно, на развивающихся рынках высоки транзакционные издержки. Это может быть довольно серьезной про­блемой. Однако совершенствование ком­муникационных технологий должно, по идее, приводить к снижению расходом на поиск соответствующих предложений на рынке. Конечно, в каждой конкретной си­туации все зависит от конкретных условий. Но, возможно, те компании, которые при­нимают решения все делать своими сила­ми, не руководствуются обоснованным мнением, что на рынке для них нет подхо­дящего предложения, а находятся под воз­действием стереотипов - в силу консерва­тизма используемой ими бизнес-модели. И я призываю преодолевать эти стереотипы.

Российские компании, которые продают свои товары и услуги только в России, в те­чение какого-то времени еще могут исполь­зовать старую модель, однако на пути к эко­номическому процветанию появляется не­обходимость торговать и за рубежом. И ког­да компания выходит на международный рынок, она вынуждена все больше специа­лизироваться, поскольку возникают другие требования к качеству. Даже если компания делает какие-то вещи очень хорошо, вряд ли она сможет выполнять абсолютно все рабо­ты на мировом уровне. Таким образом, пред­приятие, опирающееся только на внутрен­ние силы, обрекает себя на существование в рамках внутреннего рынка.

По мере того как экономика России будет становиться более открытой, начнут созда­ваться и необходимые условия. Прежде все­го — на местном рынке появятся новые за­рубежные компании. И это еще один фак­тор, под давлением которого российские предприятия будут вынуждены переходить к большей специализации.

— В условиях открытой модели организации
бизнеса можно дойти до «предела» и передать вообще все функции па аутсорсинг. Где стоит остановиться?

— по этому вопросу мы с Девидом Тисом

написали статью. Называется она: «Какая виртуальная корпорация эффективна?» Я не придерживаюсь того мнения, что можно все передать на аутсорсинг. Это не так. Мы го­ворили, что бывают разные виды знаний. Там, где существует «прилипающее» знание, которое трудно передается, управление зна­ниями будет более эффективно организовать внутри фирмы. Если мы имеем дело со стан­дартизированным, модифицированным зна­нием, то эта сфера является кандидатом на аутсорсинг.

— В одном из ваших трудов идет речь о соотнесении типа инновации с организационной
формой бизнес-структуры. Хотелось бы, что­
бы вы пояснили, какому типу инновации соответствует та или иная форма организации?

- Мы говорим о том, что существует два ти­па инноваций: автономные и системные. Ав­тономные опираются в значительной степе­ни на стандартизированное знание. С ними можно работать отдельно, в автономном ре­жиме. Если мы возьмем системные иннова­ции, то здесь наблюдается очень высокая сте­пень зависимости и взаимосвязи между ними. И здесь необходимо обеспечивать четкую ко­ординацию одних инноваций с другими.

—Вне зависимости от того, каким способом компания получает инновационные идеи,
необходим механизм их отбора. Обычно очень сложно с самого начала определить,какое из направлений может иметь коммерческую перспективу, а какое —нет. Не могли бы вы дать рецепт, как построить систему отбора наиболееперспективных идей?

—Свою книгу «Открытые инновации» я на­чинаю следующими двумя предложениями:
«Большинство инноваций оканчиваются неудачей. Компании, которые не занимаютсяинновациями, умирают». Для того чтобы эффективно оценивать новые идеии предложения, надо идти на пределенный риск. Не удастся сделать так,чтобы компания всегда на сто процентов была права в своих суждениях илипредсказаниях. Компании зачастую оценивают новые технологии с позицийимею­щейся у них бизнес модели. И здесь могут со­вершатся ошибки двухтипов: «ложноположительные» и «ложиоотрнцатсльныс». По мо­ему опыту, многиестремятся всячески снизить риск «ложноположительных» ошибок и не всегдауделяют достаточно внимания тому, что­бы избежать «ложноотрицательных»,то есть когда какая-то хорошая технология отвергается, потому что онане соответствует нынешней бизнес модели.

—В экономике открытых инноваций какова роль государства?

— Государство, правительство может сыграть очень важную роль в новой экономике, построенной на модели открытой инновации. Но эта роль сильно отличается от того, что власть должна была делать раньше.
Во-первых, государство может принимать участие в финансировании исследованийна ранних этапах. А также инвестировать в образование, о чем мы уже говорили.Кроме того, весьма значительна роль государства в защите интеллектуальнойсобственности. Пусть система защиты ИС будет не очень строгой, но обязательно— четкой и ясной, чтобы компания знала, что ее интеллекту­альная собственностьзащищена законом. Также государство может способствовать об­мену знаниями,информацией, технология­ми, если возьмет на себя организацию кон­ференций,соревнований, конкурсов, вруче­ние каких-то премий.

В заключение скажу о проблеме, которая существует в США и, возможно,в России то же проявляется. Дело в том, что в Америке правительство попреимуществу обращает
внимание па крупные компании. И тщательно следит за тем, чтобы проводимая властями политика опиралась на поддержку круп­ных предприятий, забывая о небольших ком­паниях. В результате государство, возможно, действует не в интересах малого бизнеса, таким образом мешая ему развиваться и
превращаться в крупный. Эта проблема существует. Но ее трудно решить, потому что
крупные предприятия — это действительно
мощные структуры, они опираются па сильную финансовую базу. И вообще, этим
структурам гораздо проще найти доступ к государственным учреждениям, чем малым
компаниям, которым бывает трудно организоваться, скоординировать действия между
собой и выйти с какой-то инициативой на
правительство.

Сергей Агеев
Источник: Журнал "Эксперт Северо-Запад"

Рубрика: 
Ключевые слова: 
+1
0
-1